En | Ру | It | Fr | De
+65 3159 0985 info@rsa.sg
Russia-Singapore arbitration
+7 (499) 501-15-90
http://rsa.sg/
Страница суда на Facebook Страница суда в Twitter
Контакты

Address: 8a Admiralty street #04-37, Singapore
   

 

Elektronischer Eingang für Dokumente

Here you can submit your claim and supporting documents online.
– Public affairs and media office
– Human resources department

VANTAGGI DEL NOSTRO ARBITRATO

  • Schnelle Prüfung von Klagen

    Eine Klage wird innerhalb von 10 Arbeitstagen nach dem Einreichedatum geprüft. Gemäß dem Gesetz treten Urteile des Schiedsgerichts sofort in Kraft und können nicht angefechtet werden (nirgends).
  • Staatliche Unterstützung bei der Ausführung von Gerichtsurteilen

    Nach dem Urteil des Gerichts wird innerhalb von 30-50 Tagen ein staatlicher Vollstreckungnstitel ausgestellt (mit finanzieller Garantie des Gerichts).
  • Gerichtliches Mahnverfahren

    Das Gericht hilft kostenlos bei der Einreichung von vollstreckbaren Urkunden an die Bank des Schuldners oder an das Amt der Gerichtsvollzieher, mit weiterer Kontrolle der Durchführung bis zur Rückgabe der Verbindlichkeiten. Organisiert die Arbeit mit Schuldeneintreibern
  • Qualifizierte und unabhängige Richter

    Anforderungen an  Richter – höhere juristische Ausbildung und mindestens 5 Jahre Arbeitserfahrung in diesem Bereich.
    Die Richter werden von den Konfliktparteien selbst oder vomPräsidium ausgewählt, um die Unabhängigkeit des Prozesses zu garantieren. Die persönlichen Daten der Richter sind nicht zugänglich.
  • Hilfe bei der Vorbereitung für die Gerichtsverhandlung

    Bis zur Einreichung einer Klage wird im Gericht eine kostenlose Beratung im Bezug auf prozessbezogene Fragen angeboten.
  • Regionale Zugänglichkeit

    Klagen in Bezug auf regionale oder ausländische Beklagte werden in Moskau oder über Skypebehandelt!.
  • Sparen

    Es handelt sich um das einzige Gericht, das Klagen in Bezug auf juristische und natürliche Personen betrachtet. Die Ausgaben sind bis zu 10 Mal niedriger als in einem staatlichen Gericht.

27.08.2018

После того как Институт современного арбитража (А. Горленко) и ТПП РФ (анонимно) дали весьма забавные ответы на вопросы «Коммерсанта», нельзя не сделать публичным то обращение в ФАС РФ, о котором написал «Коммерсант». 

Пусть каждый сам судит о том, что там сказано насчет рынков услуг по арбитражу (возможно, заявители в ФАС РФ полностью ошибаются). 

 

«Если заявители считают это рынком продажи услуг, пусть считают, а мы занимаемся популяризацией и развитием арбитража. <…> Мы проводим собственные конкурсы и бесплатные конференции, занимаемся вот этим, а обвинения в монополизации рынка и извлечении выгоды необоснованны» (© А. Горленко). 

Это логичный, по-настоящему юридический ответ. В самом деле, можно ли говорить о какой-либо монополизации, например, Газпромом, соответствующей отрасли, если он спонсирует российский спорт? 

Несомненно, что давно уже наблюдаемый со стороны Института современного арбитража намеренный демпинг в отношении арбитражных сборов (в надежде закрепиться на рынке), а также установление им «индивидуальных пределов» сборов для «Росатома» и подчиненных ему организаций (https://centerarbitr.ru/nuclear-disputes-division-rules/ всего лишь «популяризация арбитража», а не приобретение в том числе статуса «ведомственного» суда «Росатома». 

 

«Арбитраж является деятельностью по осуществлению правосудия и не является рынком услуг» (© ТПП РФ). Понятно, что в ТПП РФ никто не в курсе, что правосудие в РФ осуществляют исключительно государственные суды. Не имеет значения и то, что ТПП РФ на своем сайте предлагает заказывать у нее именно услуги арбитража: https://uslugi.tpprf.ru/ru/services/.

 

А вот, кстати, Московский городской суд в апелляционном определении от 28 августа 2017 г. по делу № 33-33767/2017 пришел к следующему выводу: «В том случае, когда разбирательство проходит по регламенту постоянно действующего арбитражного суда, в арбитражный сбор включается также и административный сбор, представляющий собой оплату услуг и расходов арбитражного института»

 

Но посмотрим на одном конкретном примере, как именно ТПП РФ «осуществляет правосудие», а не оказывает услуги по администрированию арбитража. 

Это весьма поучительная и некрасивая история, которая вскрывает подлинную суть ТПП РФ, а также темные стороны МКАС. Все указанные ниже детали почерпнуты из публичных источников. 

 

Совсем недавно, а именно 29 марта 2018 г. было опубликовано определение Арбитражного суда Московского округа о возвращении кассационной жалобы ТПП РФ по делу № А40-6049/17 (http://kad.arbitr.ru/PdfDocument/091bbf1b-df30-4426-a83f-4d6cb10cff29/f4283b9a-86a3-455c-b88a-a481abcf94fe/A40-6049-2017_20180329_Opredelenie.pdf). 

Примечательны и замечательны в этом определении два момента. 

Во-первых, указание на срок подачи жалобы ТПП РФ: март 2018 г. С просьбой восстановить срок на ее подачу. 

Между тем определение Арбитражного суда г. Москвы, на которое была подана жалоба ТПП РФ, было вынесено 11 мая 2017 г. (http://kad.arbitr.ru/Card/091bbf1b-df30-4426-a83f-4d6cb10cff29). 

Думается, что дождаться годовщины для подачи жалобы все же можно было. 

Во-вторых, интересное отношение ТПП РФ к денежным средствам истца (впрочем, совсем неудивительное, если знать, что такое ТПП РФ в этом плане). 

Как видно из упомянутого определения АС МО, заслуженные арбитры по надуманным причинам прекратили производство по делу МКАС № 69/2016. 

Прекратили, игнорируя логику и приличия. 

Достаточно почитать описание той странной ситуации, в которой усилиями арбитров оказался истец, в определении Арбитражного суда г. Москвы от 11 мая 2017 г. по делу № А40-6049/17-143-115 (http://kad.arbitr.ru/PdfDocument/091bbf1b-df30-4426-a83f-4d6cb10cff29/95aab1a2-7170-40ab-8bc3-0dc9329d77aa/A40-6049-2017_20170511_Opredelenie.pdf). 

 

Да, истец допустил промах. Но он постарался его исправить: «24.10.2016 при проверке полномочий сторон, состав арбитража выяснил, что исковое заявление подписано Кузьминой Е.В., по доверенности № 64д от 18.06.2015, в которой не указано полномочие Кузьминой Е.В. на подписание искового заявление в МКАС. 

Предложение Кузьминой Е.В., присутствующей на заседание с новой доверенностью, где были указаны все полномочия, предоставленные стороной при подаче и рассмотрении иска в МКАСе, отклонены составом арбитров, вынесено постановление о прекращении производства по делу № 69/2016 на основании того, что иск не подписан лицом, уполномоченным на подписание заявления и продолжение разбирательства стало по каким-либо причинам ненужным ил[и] невозможным. 

В постановлении от 07.12.2016 изложено, что Предложение представителя истца вновь подписать исковое заявление на основании представленных в заседании арбитража доверенностей на ведение дел истца в МКАС не было принято составом арбитража»

И за то, чтобы подвергнуться такому пренебрежительному отношению лидера третейской сферы, истец заплатил 919 262 рублей в виде арбитражного сбора. 

При этом исковое заявление уже прошло секретариат: «Письмом от 04.05.2016 ответственный секретарь МКАС, который на основании параграфа 11 Регламента МКАС, имеет высшее юридическое образование и владеет английским языком, сообщил заявителю, что исковое заявление зарегистрировано за № 69/2016, предложено оплатить регистрационный сбор в размере 919 262,00 рублей». 

Прошло оно и фильтр председателя третейского суда, ведь согласно § 29 «Подготовка разбирательства дела» Регламента МКАС 2005 г. «1. Председатель состава арбитража проверяет состояние подготовки дела к разбирательству и, если сочтет это необходимым, принимает дополнительные меры по подготовке дела, в частности, дает указания об истребовании от сторон письменных объяснений, доказательств и других дополнительных документов. Если принимаются дополнительные меры по подготовке дела, то устанавливаются сроки, в течение которых эти меры должны быть осуществлены. 

2. Председатель состава арбитража может давать ответственному секретарю МКАС отдельные поручения в связи с подготовкой и проведением разбирательства дела. Он также поручает ему вызов сторон на заседание»

Кроме того, истец уплатил арбитражный сбор, подтвердив тем самым полномочия представителя на подачу иска. 

И вдруг в ходе слушания у арбитров «открылись глаза»: оказывается, исковое заявление было не так подписано! Видимо, до слушания они дело не читали или читали каким-то особым образом (это распространенный технический прием среди многих арбитров). 

Ну, хорошо, арбитры решили, пусть и безосновательно, что рассматривать дело они не будут. Такое случается: арбитраж настолько хорош, насколько хороши арбитры. Истцу с ними весьма не повезло. 

И предъявить к ним никакие требования в данной ситуации не получится[1].

Правда, о том, что в такой кафкианской ситуации надо по меньшей мере вернуть истцу арбитражный сбор, арбитры даже не задумались. 

Они решили со ссылкой на п. 3 § 4 «Уменьшение размера арбитражного сбора»[2]Положения об арбитражных сборах и расходах (приложение к Регламенту МКАС 2005 г.), что:

истцу надо вернуть лишь 25 % от сбора (222 315,50 рублей), 

а 75 % (696 946 рублей) оставить для ТПП РФ и себя[3].

 

И после этого истцу пришлось подавать новый иск в МКАС, уплатив сбор в размере 919 262 рублей еще раз. 

ТПП РФ оставление ей арбитрами денег поддержала. 

Подобное отношение к истцу вызвало у Арбитражного суда г. Москвы удивление: «Установление судом факта подписания иска неуполномоченным лицом должно повлечь за собой принятие постановления об оставлении дела без рассмотрения, поскольку дело фактически и не рассматривалось. 

Так, с ЗАО „ПОЛАД“ в силу прекращения производство по делу, а не оставлению без рассмотрения, было взыскано 75 % уплаченного регистрационного сбора в размере 696 946 рублей. Если бы дело, на основании ст. 148 АПК РФ, было оставлено без рассмотрения, то истцу должен был быть возвращен регистрационный сбор в полном уплаченном размере. 

Кроме того, при обращении с тем же самым иском в МКАС, дело №245/2016 истец вынужден был оплачивать тот же регистрационный сбор в полном объеме в размере 919 262,00 рублей» (см. уже упоминавшееся определение от 11 мая 2017 г. по делу № А40-6049/17-143-115). 

Но что взять с этого суда, если показывать, как надо «осуществлять правосудие», берется ТПП РФ? 

 

Получается неплохой бизнес: рекламируешь услуги арбитров (https://uslugi.tpprf.ru/ru/services/), получаешь сбор, а после того, как арбитры по надуманным основаниям отказываются выполнять свои обязанности, не неся за это никакой ответственности, получаешь 75 % сбора. Из полученного 30 % отдаешь арбитрам (по Регламенту 2005 г. столько им и полагалось), а остальное оставляешь себе. Profit.

 

Впрочем, тут нельзя не упомянуть и о «благородстве» ТПП РФ в ходе «осуществления правосудия». Видимо, осознав, что все же что-то не так, ТПП РФ решает вернуть истцу 50 % от того, что не было возвращено (т.е. вернуть 348 473 рубля), оставив вместе с тем себе и арбитрам 318 473,50 рублей, если исходить из расчетов истца (http://kad.arbitr.ru/PdfDocument/2707a105-8733-4551-b230-6f1182017d69/b9f4805f-a2f1-4db7-b3b0-05f8184ccf54/A40-187146-2017_20180228_Reshenija_i_postanovlenija.pdf). 

При этом возврат денег был осуществлен почти через год: 31 октября 2017 г. 

И, само собой, только из-за требований истца, а не по собственной инициативе. 

Решение о возврате денег формально принимал президиум МКАС (http://mkas.tpprf.ru/ru/presidium) согласно п. 5 § 4 «Уменьшение размера арбитражного сбора»[4]Положения об арбитражных сборах и расходах (приложение к Регламенту 2005 г.). На самом же деле это решение ТПП РФ, которая давно уже контролирует данный президиум, независимость утративший[5]. Если же по какой-то причине считать, что это было решением не ТПП РФ, а действительно независимых членов президиума, то с точки зрения этики получается еще хуже, в том числе ввиду имевшего для них место конфликта интересов (см. ниже).

 

В любом случае получился profit, причем именно за неоказание надлежащих услуг в сфере арбитража. 

Эту ситуацию можно рассмотреть с трех точек зрения: этической, экономической и юридико-технической. 

С точки зрения этики все ясно: действия и арбитров, и ТПП РФ некорректны. 

Вот экономический аспект: за бездействие, а также за некорректные действия арбитры получат 95 542,05 рублей (30 % от 318 473,50 рублей). ТПП РФ за неоказание надлежащих услуг по администрированию арбитража — 222 931,45 рублей (но за то, чтобы исковое заявление принять, направить ответчику, назначить председателя третейского суда и за прочие мелкие услуги. Причем услуги, которые в итоге не имели для истца никакой ценности). На всю такую секретарскую работу в обычной нормальной организации потребовалось бы от силы 4 часа, так что получается ставка 55 732,86 рублей в час или секретарь с зарплатой почти в 9 млн. рублей в месяц. И это не подсчет денег ТПП РФ, это экономический анализ арбитража. В Москве такие секретари бывают; бывает, что и еще больше получают за определенные услуги. Но в данном случае это неприменимо. 

 

Что же касается юридико-технической точки зрения, то можно занять следующую позицию. Во-первых, в свете ст. 51 «Ответственность арбитра» Федерального закона от 29 декабря 2015 г. № 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации» арбитры за такие действия не отвечают. Не отвечает за действия арбитров и ТПП РФ согласно ст. 50 данного Закона: «Некоммерческая организация, при которой создано постоянно действующее арбитражное учреждение, не несет гражданско-правовой ответственности перед сторонами арбитража за убытки, причиненные действиями (бездействием) арбитра»

В-вторых, что касается ответственности ТПП РФ, то она определяется упомянутой ст. 50[6]. Следует обратить внимание, как хитро сформулирована эта статья: к кому относятся слова «при наличии умысла или грубой неосторожности»? Только к сотрудникам некоммерческой организации, не работающим внутри арбитражного учреждения? Или и к тем ее сотрудникам, кто там работает, а также к лицам, хотя и не являющимся работниками этой организации, но руководящим данным учреждением (в том числе к его председателю, его заместителям и т.д.)? При первом варианте возложить ответственность на некоммерческую организацию просто невозможно, так что следует исходить из второго варианта.

При этом из п. 1 § 11[7] и § 9[8] Регламента 2005 г. вытекало, что ответственный секретарь МКАС не был обязан проверять документальное подтверждение полномочий лица на подписание искового заявления. Это должен был проверить третейский суд. А раз так, то какой спрос с ТПП РФ? 

В-третьих, согласно ст. 5 «Пределы вмешательства суда» Закона РФ от 7 июля 1993 г. № 5338-1 «О международном коммерческом арбитраже» «По вопросам, регулируемым настоящим Законом, никакое судебное вмешательство не должно иметь места, кроме как в случаях, когда оно предусмотрено в настоящем Законе». Ввиду этого через суд требовать от ТПП РФ возврата удержанного сбора нельзя.

В-четвертых, возврат сбора данный Регламент не предусматривает ни при каких обстоятельствах. 

 

В ответ на это можно возразить следующее (согласившись с тем, что ТПП РФ за арбитров отвечать не может. Тут, правда, можно еще рассуждать о culpa in eligendo, но это нужно делать отдельно). 

То, что данный Регламент не предусматривает возврат сбора, еще не означает, что истребовать его запрещено, в том числе ввиду неоказания надлежащих услуг по администрированию арбитража. 

Статья 5 Закона РФ от 7 июля 1993 г. № 5338-1 «О международном коммерческом арбитраже» в данном случае неприменима, т.к. речь идет не о судебном вмешательстве в арбитраж, а о разрешении спора, возникшего между стороной спора и некоммерческой организацией в связи с администрированием арбитража. Сторона в этом случае может требовать защиты своих прав через суд. Разве эта статья гарантирует указанной организации абсолютный иммунитет? 

Остается самый сложный момент: был ли ответственный секретарь обязан проверять документальное подтверждение полномочий лица на подписание искового заявления? Представляется, что да, несмотря на формулировки в п. 1 § 11 и § 9 указанного Регламента. В этом Регламенте есть и иные положения, как есть и соответствующие требования в законе. 

Во-первых, согласно п. 1 § 6 данного Регламента «Секретариат осуществляет функции, необходимые для обеспечения деятельности МКАС в соответствии с настоящим Регламентом, в том числе организует делопроизводство по рассматриваемым МКАС спорам. Вся переписка МКАС со сторонами по делу осуществляется через Секретариат». В то время под «МКАС» понимались также и конкретные составы третейских судов по отдельным делам. Ввиду этого секретариат был обязан проверить вопрос о полномочиях хотя бы prima facie. К тому же понятие «секретариат МКАС» шире, нежели понятие «ответственный секретарь МКАС», а упомянутые п. 1 § 11 и § 9 распространяются только на последнего. 

Во-вторых, согласно п. 4 § 6 указанного Регламента «При осуществлении функций, связанных с рассмотрением дел в МКАС, ответственный секретарь руководствуется положениями Регламента и подчиняется Председателю МКАС». При этом согласно п. 4 § 45 Регламента «До сформирования состава арбитража постановление о прекращении разбирательства дела выносится Председателем МКАС». Таким образом, сотрудники секретариата и ответственный секретарь были обязаны обратить внимание председателя на ситуацию с доверенностью представителя истца и если уж прекращать разбирательство, то сделать это следовало такому председателю с возвратом истцу сбора.

В-третьих, с 1 сентября 2016 г. уже действовал Федеральный закон от 29 декабря 2015 г. № 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации» и Регламент МКАС 2005 г. мог применяться только в части, ему не противоречащей. Между тем ст. 2 данного Закона определяла администрирование арбитража как «выполнение постоянно действующим арбитражным учреждением функций по организационному обеспечению арбитража, в том числе…». Из этого также следовала обязанность секретариата проверить документальное подтверждение полномочий лица на подписание искового заявления. 

В-четвертых, ст. 18 «Принципы арбитража» данного Закона предусматривает: «Арбитраж осуществляется на основе принципов независимости и беспристрастности арбитров, диспозитивности, состязательности сторон и равного отношения к сторонам»

Эти принципы применимы, само собой, и к администрированию арбитража, т.е. ответственный секретарь должен был быть беспристрастным в ходе такого администрирования. Беспристрастность означает то, что лицо прямо или косвенно не заинтересовано в исходе решения вопроса, в данном случае вопроса о том, что случится с арбитражным сбором. В рассматриваемой ситуации ответственный секретарь был скорее заинтересован в том, чтобы сбор в любом случае остался у ТПП РФ. Если бы было иначе, он бы обратил внимание на ситуацию с доверенностью. Так что и в свете принципа беспристрастности он свои обязанности нарушил. 

В-пятых, в данном случае можно говорить о наличии особых фидуциарных отношений по администрированию арбитража, обусловленных в том числе величиной сбора и принципом конфиденциальности в арбитраже. Так что требования, вытекающие из таких отношений, также не были соблюдены. 

Далее, встает вопрос о том, имелась ли тут грубая неосторожность? Учитывая конкретные обстоятельства (истцу уже предлагалось исправить недостатки искового заявления), элементарность вопроса о полномочиях (в российских условиях он первоначальный и ключевой), а также то, что «ответственным секретарем МКАС назначается лицо, имеющее высшее юридическое образование» (п. 2 § 6 указанного Регламента) и что он имеет богатейший опыт, грубая неосторожность тут усматривается. 

Наконец, «Из системного толкования статьи 309пункта 1 статьи 723 и статьи 783Гражданского кодекса также вытекает отсутствие обязанности заказчика оплачивать некачественно оказанные ему услуги, приведшие к возникновению у него убытков» (Постановление Президиума ВАС РФ от 24 сентября 2013 г. № 4593/13 по делу № А41-7649/2012). 

 

Как уже стало ясно из сказанного выше, истец не согласился с подобным отношением к себе, попросив Арбитражный суд г. Москвы отменить постановление арбитров, из которого следовало, что он обязан потерять деньги на пустом месте. 

Арбитражный суд г. Москвы его подход в мае 2017 г. разделил: http://kad.arbitr.ru/PdfDocument/091bbf1b-df30-4426-a83f-4d6cb10cff29/95aab1a2-7170-40ab-8bc3-0dc9329d77aa/A40-6049-2017_20170511_Opredelenie.pdf. Да, с юридико-технической точки зрения данное определение неидеально, однако по сути оно справедливо. 

 

В марте 2018 г. ТПП РФ, т.е. почти через год, оспорила этот подход истца и Арбитражного суда г. Москвы. 

Сделала она такое именно для того, чтобы деньги истцу не возвращать. Это ясно следует из решения Арбитражного суда г. Москвы от 28 февраля 2018 г. по делу № А40-187146/17-140-3041 (http://kad.arbitr.ru/PdfDocument/2707a105-8733-4551-b230-6f1182017d69/b9f4805f-a2f1-4db7-b3b0-05f8184ccf54/A40-187146-2017_20180228_Reshenija_i_postanovlenija.pdf). 

 

Приведенные судебные акты позволяют понять примитивную «философию» ТПП РФ в плане «осуществления правосудия»: было Ваше — стало наше, а возвращать ничего не будем, даже если вы не получили то, что вам было обещано. 

А то, что со стороны МКАС как арбитражного учреждения имело место ввиду грубой неосторожности неисполнение обязанностей по администрированию арбитража, т.е. неоказание надлежащих услуг, за что ТПП РФ должна нести ответственность и в свете чего она обязана вернуть истцу денежные средства, ТПП РФ всячески отрицает. Отрицает любую свою ответственность как в этическом плане, так и в юридическом. 

Timeo TPP RF et iustitiam ferentem. 

 

Такое впечатление, что ТПП РФ решила показать свое первенство перед государственными судами в вопросах нарушений прав истцов. Впрочем, понятно: у государственных судов  гарантированное госфинансировании, тогда как его отсутствие может пробуждать алчность в общении с клиентами. 

Многие уже привыкли к неприличным вещам в государственных судах и в некоторых ранее существовавших третейских центрах. Ну а теперь, по всей видимости, пора привыкать к безобразиям, становящимся публично известными, и по меньшей мере в одном из «отлицензированных» арбитражных учреждениях. 

Вот так и задумаешься над преимуществами арбитража в РФ перед государственными судами… 

 

У этой истории есть и персонально-этический аспект (при этом важно понимать, что все сказанное здесь все равно ничего в сторону лучшего не изменит). 

Ладно ТПП РФ с его представителями в МКАС, которые серьезно арбитражем никогда не занимались, а были определены туда лишь для решения проблем доходов ТПП РФ и своих собственных. Чего еще от них ждать? 

Но если взять иных заслуженных членов президиума МКАС, кандидатов, докторов, профессоров, заведующих кафедрами, которые читают лекции студентам про надлежащий арбитраж (само собой, речь здесь и далее не идет о тех, кто с позицией ТПП РФ не был согласен)? 

Которые одновременно выражают солидарность с тем, что в этой фантасмагорической ситуации ТПП РФ все равно вправе оставить себе и арбитрам 318 473,50 рублей за услуги, никакой ценности не представляющие? 

В чем причина? В том, что все они надеялись получить по 170 рублей (и эти надежды вполне основательны)? Согласно ранее действовавшему Положению о гонорарах члены данного президиума получали на всех 2,5 % от суммы гонорарного сбора. Таким образом, на всех них причиталось 2 388,55 рублей (2,5 % от 95 542,05 рублей, которые составляют 30 % от 318 473,50 рублей). 

Вроде смешно звучит, хотя кто знает? Например, иностранные юристы в нынешней ситуации вполне могут серьезно бедствовать. Но нет, конечно же, невозможно в такой меркантилизм поверить, тем более что среди указанных лиц присутствует как прошлое и настоящее, так и будущее отечественного МЧП. 

И все же: почему умные люди соглашаются с таким? 

Но, как бы то ни было, здесь имеется еще более важный момент, а именно явный конфликт интересов. Указанные лица решают важные вопросы насчет величины сборов, а ведь при этом то или иное решение данных вопросов повлечет или не повлечет пополнение их счетов (даже если и незначительно, по общему правилу). Согласно и ныне действующему Положению о гонорарах и вознаграждениях по спорам, рассматриваемым в МКАС, 2,5 % они продолжают получать (http://mkas.tpprf.ru/ru/materials/). 

А люди слабы в этом плане. Лучше бы саму возможность подобных конфликтов интересов исключать полностью. 

Однако, к сожалению, в основу деятельности ТПП РФ и МКАС в третейской сфере пока что во многом положено именно ненадлежащее разрешение конфликтов интересов (это можно показать отдельно). 

 

Впрочем, все это не так важно в свете сказанного ниже. 

Что самое главное в связи с изложенным? 

Главное: quod erat demonstrandum

В самом деле, описанная выше ситуация все предельно ясно демонстрирует. 

Основная цель ТПП РФ как монополиста (или крупнейшего олигополиста), продающего услуги в отношении арбитража, — максимизация своих доходов, в том числе за счет пренебрежения правами истцов, которые решили обратиться в МКАС. 

В том числе за счет подчинения себе органов этого учреждения и арбитров: в этом ТПП РФ преуспела после того, как в 2010 г. обеспечила замену председателя указанного учреждения. 

 

И после этого кто-то будет говорить о том, что те, кто обращался в ФАС РФ с просьбойзаняться злоупотреблениями на российском рынке услуг по администрированию арбитража, были неправы? 

 

Было бы ошибкой думать, что описанный выше случай — единичная, вопиющая ситуация. Похожие сюжеты с «максимизацией» случались и ранее. И это не говоря о том, что львиную долю от арбитражных сборов ТПП РФ забирает себя, при этом серьезно развитием третейской сфере не занимаясь. Но если арбитры против этого не возражают, то какая разница? 

Любая ваша третейская ошибка станет для ТПП РФ поводом для ее обогащения: она — монополист, который не желает соблюдать элементарные правила и не будет этого делать, если ее не заставлять. Но равным образом таким же поводом станет и ее собственная ошибка в ходе администрирования арбитража: она ее не признает и деньги не вернет (в лучшем случае вернет лишь часть). И тут не будет ничего личного: это просто бизнес. 

Здесь приходится иметь дело с «хитрым» контролирующим рынок «предпринимателем», поставившим в зависимость от себя заслуженных арбитров, кандидатов, докторов, профессоров, которые ради гонораров и членства в органах МКАС будут в лучшем случае молчать, прикрывая своей репутацией (пусть не у всех, но у многих она есть) «особенности национальной третейской политики» ТПП РФ. 

При этом среди важных причин такого положения вещей, — отказ признавать то, что администрирование арбитража является именно что сферой услуг, и что на нее законодательство о защите конкуренции должно распространяться. 

Не хотите это признавать? Тогда получайте советское присутственное место с ненавязчивым сервисом под вывеской «ТПП РФ» и/или «МКАС». 

До тех пор пока это не будет признано, стороны рискует получить в арбитражных учреждениях безответственное и равнодушное отношение. 

В РФ не арбитражное учреждение для сторон споров, а стороны споров для арбитражного учреждения, чтобы последнее получило сбор. 

Подобный вариант был бы хоть в какой-то мере оправдан, если бы данные учреждения предлагали действительно великий продукт. Но это не так. Кроме того, идея «арбитража как правосудия» могла бы иметь право на существование, если бы все арбитры были действительно более компетентными, активными и неравнодушными, нежели государственные судьи. Но в жизни так не бывает. А если люди и становятся такими, то опять-таки лишь благодаря конкуренции и риску понести ответственность. 

Монополист в российских условиях не способен к рефлексии и саморефлексии, если они не связаны с упрочением его положения и получением прибыли. Он также не способен объяснить арбитрам, что работать надо качественно. Зачем, если и так сойдет? Поэтому упомянутые выше арбитры, которые неосновательно отказались рассматривать исковые требования, могут продолжить верить в то, что они сделали все верно, и еще могут быть недовольны тем, что часть сбора ТПП РФ все же вернула, лишив их большего гонорара. 

Так что идея о том, что «арбитраж является деятельностью по осуществлению правосудия и не является рынком услуг» способна лишь завести в тупик. 

Начинаешь служить «великой идее правосудия» (не забывая себя, само собой, за счет самоназначения в крупные дела), а к сторонам спора относиться пренебрежительно. Не так уж и мало арбитров искренне считают, что большинство сторон ведут себя безобразно, пишут лишние бумаги и заявляют ненужные ходатайства. Мешают, понимаешь, своими обращениями «вершить правосудие». Но вот сборы платить стороны обязаны и требовать назад ничего не вправе, само собой. 

Кстати, думается, что основная причина указанного выше решения президиума — не желание его соответствующих членов получить по 170 рублей, конечно же. И даже не беспричинная боязнь ТПП РФ и ее представителей в МКАС (хотя и она присутствует). Основное — именно безразличие к некрасивой ситуации: «Подумаешь, 318 473,50 рублей! Это же копейки, а ведь платить сторона должна непременно, непременно должна!» Представляется еще, что если бы различные арбитры и прочитали все сказанное выше, то скорее большинство или не поняло бы, о чем идет речь, или отмахнулось бы, или попыталось бы объяснить, как все непросто…

Это высокомерие и самодовольство обусловлено именно что отсутствием конкуренции и непониманием того, что сторона вправе получить и услуги по администрированию арбитража, и услуги по арбитражу надлежащего качества. А потом многие такие арбитры продолжат учить студентов (и не только) принципам арбитража, аксиомам независимости и беспристрастности, проводить арбитражные конкурсы. Смешно, но что делать. 

 

Далее, всем, кто имеет дело с монополистами, следует помнить, что помощи им следует ждать только от самих себя. Отсюда вывод: не надо надеяться на то, что назначат хорошего арбитра, — надо формулировать арбитражные соглашения так, чтобы защититься от существующей, например, в ТПП РФ системы назначения арбитров по принципам «лотереи», «очереди», «подношений» и «самонаделения статусом». Иначе может не повезти, и очень сильно. Имеет смысл в арбитражные соглашения включать по мере возможности защитные механизмы от алчности и ошибок монополистов. Иначе вы услышите: «Ну вы ведь знали, куда шли. А возврат не предусмотрен!» 

 

Жаль еще, что Институт современного арбитража отрицает то, что он оказывает услуги в сфере арбитража. По сути он отказывается от конкурентной борьбы c ТПП РФ, боится ее? Так что тут тоже quod erat demonstrandum: Институт создавался для других целей. А ведь могла бы интересная конкуренция получиться. 

 

*** 

 

Автор на окончательную истину, разумеется, не претендует. Все сказанное выше — его личные оценочные суждения, к тому же не являющиеся свободными от чисто правовых пристрастий. 

 


[1] Согласно ст. 51 «Ответственность арбитра» Федерального закона от 29 декабря 2015 г. № 382-ФЗ «Об арбитраже (третейском разбирательстве) в Российской Федерации» «Арбитр не несет гражданско-правовой ответственности перед сторонами арбитража, а также перед постоянно действующим арбитражным учреждением в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением функций арбитра и в связи с арбитражем, за исключением ответственности в рамках гражданского иска по уголовному делу, который может быть предъявлен к арбитру в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации в целях возмещения ущерба, причиненного преступлением, в совершении которого арбитр будет признан виновным в установленном законом порядке. <…>»

[2] «Если разбирательство прекращено в первом заседании по делу без вынесения решения, арбитражный сбор уменьшается на 25%»

[3] 75 % от 919 262 составляют 689 446,5. В данном случае расхождение могло получиться из-за того, что дело рассматривалось по Регламенту МКАС 2005 г., а тогда при подаче искового заявления уплачивался регистрационный сбор в размере 30 000 рублей (если цена иска выражалась в рублях), включавшийся в сумму арбитражного сбора, но не подлежавший возврату.

[4] «С учетом обстоятельств конкретного дела Президиум МКАС вправе вынести постановление об уменьшении арбитражного сбора в иных случаях и ином размере, чем это предусмотрено настоящим параграфом».

[5] Кстати, в одном из проектов положения об организационных основах деятельности МКАС предлагалось во фразу «МКА

Share news in a social networks: